18:19 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Когда бросаешь очередного близкого,
Невозможно любимого, болезненно,
Теплую ладонь, надежное плечо, родной запах,
Приходят они все - тенями, призраками,
В тех же пальто, ни капли не изменившиеся,
С теми же растерянными взглядами:
Светлыми, карими, фисташковыми.
Такие же, какими были в том самом марте, апреле, июле,
Когда ты виновато и сухо
Крошила каблуком битое стекло:
"Прости. Мы не будем больше вместе".

Они приходят и молчат, а ты думаешь,
Что знаменитая собянинская плитка -
Просто хорошая маскировка для битого стекла.
Или угольков.
Почему-то больно в пятках. Должно быть в груди,
А тянет в пятках и желудке. Как глупо, господи.

Теперь шрамами по моей детской сказочной Москве
Еще несколько улиц. Что я буду делать,
Когда Мой Город весь превратится
В незаживающее кровоточащее пятно?
Где я буду жить тогда?
Смогу ли слушать музыку, если в музыке
Через песню - "ЭТО ЖЕ НАША ПЕСНЯ"

Они стоят и молчат. И ты понимаешь,
Что все терапевты и таблетки мира
Помогут только снова спрятать их в глубокий, глубокий шкаф.
А отпустить...
Ты их никогда не отпустишь.

Я всегда ухожу первая.

URL
16:41 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Снилось, что психиатры Москвы гоняются за мной с требованием операции - вырезать тот кусок мозга, который "заболел и провоцирует депрессию". А я интуитивно знаю, что он, помимо депрессии, еще и очень нужный кусок мозга, без него я - не я. Бегаю от них, бегаю, но самое страшное - что в какой-то момент устаю и начинаю поддаваться на их уговоры, и начинаю думать, что после этой операции я, конечно, перестану быть собой, зато любимым людям вокруг меня будет со мной легче... так же лучше, да, да? Всех же заебали в край мои перепады настроения? Кажется, я даже успела во сне согласиться, и это главный провал, ящетаю. Надо было бороться до конца х)
Зато потом сон резко перешел в то, что мы с Д. съебали в Германию, кажется, на этот раз в Мюнхен, там был общественный конный транспорт, а я носила у груди свою написанную, но не изданную книжку (просто распечатанную на принтере и сшитую), мы ходили по книжным и я очень уговаривала продавцов взять ее в ассортимент и продавать, хоть такую. И плевать, что она не изданная. И плевать, что на русском.
Так и не пристроила, кажется.

18:08 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Здравствуйте.

И вот, я могла бы сказать, что убежала от депрессии и гложущей пустоты в другую страну - где меня не достанут люди, проблемы, мысли. В прошлый раз отлично сработало.
Как оказалось, в прошлый раз была не депрессия, а просто усталость, а она да, она классно лечится отпуском.

А тут - тут еще круче деперсонализироваться. Пространство-то чужое, непривычное. С ним отлично сливаться.
И вот я уже сижу на улице, просто на асфальте, привалившись к стене дома, как заправский бомж. И мне все равно, потому что я просто кусок Берлина и больше ничего.

Меня почти не осталось, мне так мешает кусок мяса, который я почему-то должна называть своим телом.

18:20 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
где-то там есть, наверное, целый мир.
вкус и цвет, свет и запахи.
и, возможно, живые люди.
можно спать до утра, просыпаться и пить кефир,
и оладьи жарить, чтоб теплой горой на блюде,
где-то там...

за толстенным таким стеклом
я не бегаю даже,
валяюсь тряпичной куклой
и внутри что-то сводит, сжимает тугим узлом
что-то страстно болит и сгорает до кучки Углей

эй, вы там, за стеклом, вы, живые - стучу из последних сил
я же тут! в этом чертовом, пыльном, подопытном лабиринте!
я прошу - как никто никогда никого еще не просил

заберите меня отсюда.

пожалуйста.

заберите.

00:52 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
господь как сложно.
вот вроде из последних сил сижу проверяю работы студентов-первокурсников (это моя подработка), Дахен сидит рядом рисует, радио, уютно, а я думаю только о том, что я могу пойти и вытащить тайком из ее кармана или рюкзака таблетки для меня, которые она мне порционно выдает, и съесть их все. вряд ли их хватит на то, чтобы меня убить, но может, несколько дней я хотя бы пролежу настолько тупым овощем, чтобы не думать ни о чем.

я не могу больше

14:29 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
мне тут говорят: когда сложно - надо обращать внимание на хорошее
на то, что происходит хорошего, на то, что у меня получается

попробую написать про хорошее. что у меня есть хорошего?

у меня есть моя чудесная, потрясающая Д. сколько бы ни было остальных сложностей - она есть и она совершенно невозможная, не бывает таких партнеров. я никак не могу привыкнуть, что иногда меня не ругают, а поддерживают. я никогда не могу привыкнуть, что я открываю глаза по утрам - а она лежит, смотрит ясно и светло, улыбается и говорит, что она меня любит.
и вечером перед сном тоже.
у меня никогда такого не было, и - по-хорошему - уже этого достаточно для того, чтобы быть просто и безусловно счастливым

есть детские, простые (или не очень), но уютные книжки на ночь вслух (сейчас Крапивин вот)
есть молочная овсянка с утра, и, черт возьми, это так вкусно!

есть четверо пацанов-долбоебов на наших с Д. крышах, они меняются, растут, взаимодействуют, и это все безумно интересно. мы про них пишем, говорим, рисуем, смеемся, расстраиваемся. и Д. нравится, и у меня это вызывает дикий восторг.

а еще у меня есть люди, которым на меня не плевать. я это точно знаю.

что у меня получается?

худо-бедно регулировать свое время (но это пока именно что худо-бедно). тем не менее я успеваю зарабатывать на пол-квартиры кое-как, отдыхать иногда, готовить даже занятия, что-то самой изучать. проверять работы перваков. сплю вроде не меньше 7-8 часов. физически вроде почти в порядке

хорошо учить детей, по крайней мере, часть из них (и взрослых). им интересно и есть прогресс

готовить какую-то еду и хоть что-то хоть иногда делать по дому

не терять мозг и не паниковать, когда кажется, что ща умру о.О

не так уж все плохо, если подумать.

17:54 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Из нового - говорю о себе теперь преимущественно в женском роде. Прям ушла некоторая эпоха, эх. Впрочем, несмотря на это, оба актуальных персонажа - мужского пола. Да-да, у меня есть накрышники, есть персонажи, кушающие мозг, не-не, не получилось у меня отказаться от ролевых игр насовсем, правда, кардинально сменился жанр. Из массовых веселых костюмированных антуражных ролевых - в личную, терапевтическую, тяжелую временами и сложную психодраму. С человеком, которому я доверяю полностью и абсолютно.
Не знаю, почему я это все пишу сейчас вот. Наверное, мне просто важно все же некоторые моменты (периоды?) жизни фиксировать.
Есть сейчас персонаж - отрицательный. Самый, наверное, отрицательный из всех, которые у меня когда-либо были. Хуже герцога Ульриха. Такой же самовлюбленный, только при этом инфантильное малолетнее чмо.
Сижу и думаю, как с этим работать. Ничего, есть уже пара интересных идей.

Интересно вот, мои академы/отчисления из универов зависят от очередного витка биполярочки или просто от фактора влюбленности?

18:53 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
я вообще ничерта не успеваю, и как же это, черт возьми, печально

16:25 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
23:35 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Я вот все жду, когда я сломаюсь.

Ебаные качели - от абсолютного счастья, дикого, неимоверного счастья, такого, которое я уже давно не испытывал, до темноты, черной, оглушительной, давящей до воя пустоты и черноты, когда ничего не остается, кроме как пойти и вскрыться.

Нет, я справляюсь с черными периодами. я просто жду, когда от таких космических перегрузов окончательно слетит нервная система.

12:40 

# где ночь темнее, а небо выше, я стану медным и огненно-рыжим (с)

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Рыжий пес-оборотень, на дворе октябрь, отморозить лапы, сидеть дома.

Смеяться, бегать по ВДНХ, стрелять сигареты, с собой - ни рюкзака, ничего, греть замерзшие пальцы моих людей, простудиться, полвечера и полночи проплакать, потому что нельзя поцеловать того, кого очень хочется поцеловать.

Спать три часа, идти по Саду Баумана и пинать листья, щуриться на солнце, смотреть и слушать, как юные, светлые, незамутненные решают лингвистические задачки.

Пытаться найти, где можно вскипятить чайник на кафедре, потерпеть поражение, сдаться, посмеяться своей незадачливости.

Солнце светит вовсю. По нашему этажу бродят школьники и лингвисты всех возрастов и мастей и делают одно общее дело. По всей кафедре разбросаны листы с задачами, решениями, инструкциями.

Я опять забыл (забыла? необходимость вообще выбирать какой-либо грамматический род в языке очень расстраивает меня, существо не_человеческого типа), сколько мне лет по местным меркам, никогда не могу с этим справиться.

Зато я навсегда запомню запахи этой осени.

01:32 

#22 года, осень

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
URL
02:27 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Некоторое время всерьез размышлял над своим поведением.

Пришел к выводу, что я сейчас принципиально ругать себя не буду ни за что. Вообще ни за что. Буду считать это экспериментом - позволить себе некоторую свободу действий, а главное - свободу желаний, и посмотреть, куда это меня заведет.
Иначе - ощущение, что делаю себе плохо и больно.
Когда пытаюсь серьезно себя ругать - становится очень больно, душно, и страшно. А значит - пока просто не нужно.

Интересненько.

Но из универа я пока не вылетел, несмотря на пресловутую свободу желаний, что обнадеживает. И вроде даже не спился категорически и не сторчался. Может, не такие уж у меня и неадекватные желания-то, даже если немного отпустить их погулять.

***

Внутри царит гармония. И где мои 48 часов в сутках?!

05:22 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Да, ребят, я снова пытаюсь понять, что существую, а не выдуман.
Да, я знаю, что крайне много ною в дайри в последнее время, что у меня много нового и со многими из вас я толком плотно не общаюсь.

Но, пожалуйста - маякните мне в комментарии что угодно? Книжку может посоветуете.
Или просто скажете, что "Ульрих, глупый, ты есть, женщины - это преходящее, а ты - это ты, ты существуешь". Пожалуйста. Если вам не трудно.

Я люблю вас всех, правда. И я боюсь этой осени.
Я же не один, правда?

10:34 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
В Люнебургской пустоши цветет вереск.
На фотографии - такие, знаете, маленькие сизые серо-фиолетовые цветочки, словно налет на траве.

Я сижу в ванной и тупо поливаю себя из душа. Говорят, должно стать легче. Вроде как вода что-то смывает.
Не знаю, не знаю. Вода просто льется по плечам, голове, стекает по телу, убегает куда-то дальше. Меня трясет. Легче должно было стать уже после сна, но ничего не изменилось, ничего.

Невозможно найти в себе силы и встать.
Хочется сидеть вот так на дне и просто поливать себя водой из душа.
Если сидеть так неподвижно минут десять - становится чуточку легче и можно поплакать. Секунд тридцать, зато до воя, беззвучного, огромного, разрывающего изнутри.

Вереск цветет. В Люненбургской пустоши. Слышишь?! Ты слышишь, глупая?!
Я ору это себе, зажимаю уши руками, вода хлещет в лицо и на шторку и, возможно, немного на стены.
Плохо, если она попала на стены. Это значит, весь пол будет залит.
А я не хочу причинять неудобства людям, которые так добры ко мне.

Надо уйти, просто встать, собраться и уйти. Нельзя сидеть и смотреть в одну точку, даже если забрали половину тебя. Нельзя.
В Люненбургской пустоши цветет вереск, - бормочу упрямо, сквозь зубы, чтобы заглушить механический гугловский голос в голове: "купить амитриптилин без рецепта". Старый добрый проверенный амитриптилин.
Нет! Вереск же цветет, ну! Поэтому нельзя.
И еще много почему.
Нельзя.
Я должен быть лучше, выше и сильнее.
Пожалуйста, Ульрих, блять.
Пожалуйста...

URL
22:05 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Хочется поговорить о хорошем, вот.
Итак, хорошего много, на самом деле действительно много вокруг.

У меня было десять дней безграничного солнца, того самого, знойного, выжигающего, которое я так люблю. Кажется, я загорел как никогда в жизни не загорал. Солнце - это что-то потрясающее, все-таки. Даже когда валяешься мордой в небо, брюхом кверху, и оно пытается выжечь тебе глаза сквозь веки.

У меня потрясающие друзья и знакомые. Когда я вспоминаю всех, с кем общался в последний месяц - внутри становится удивительно тепло и хорошо. А сколько еще есть тех, с кем хотелось пообщаться, но пока не получилось! Ничего, все впереди.
Когда-то я переживал, что привязываюсь к людям (друзьям, тусовкам и т д) гораздо сильнее, чем они ко мне, это получается не совсем равноправно, а еще я начинаю навязываться и бороться за внимание, потому что отдаю себя очень много. Переживал настолько, что за шкиряк пытался оттаскивать себя от тех, с кем мне хорошо и легче. А потом подумал и понял - ну, они же взрослые люди, и если я надоем - скажут. Я взрослый человек, и если мне прямо и просто сказать, что меня слишком много - я в состоянии это понять и воспринять адекватно. А значит, проблемы нет.
Просто люди - как явление, как феномен - прекрасные, волшебные совершенно, а вокруг меня еще и выборка восхитительная - ярких, нестандартных, самых разных, каждый - как сокровище и драгоценность. Своя. Индивидуальная.

У меня появилась работа, на которой можно сидеть, молчать и работать в компьютер! Она, конечно, все еще не совсем по моей специальности, но из всех работ не по специальности - это самый идеальный вариант. Там прохладно (временами даже слишком) и хорошо. И народ адекватный. Пока я рад, хотя она отжирает все внимание и я ничего параллельно делать не могу, и я начинаю бояться за свою учебу. Ну да ладно, доживем - увидим.

Меня зовут на игры. Это к слову про людей, коммуникации и мое восхищение и тем и другим. А в ближайшую мою игру - персонажа, историю, завязки-связки - я ухнул со всей своей эмоциональной дурью. Как в полузабытые восемнадцать, когда я еще умел искренне плакать на играх. Пока, кстати, не знаю, к добру это все или нет, но вообще чувствую себя достаточно психически окрепшим) так что может наоборот на пользу пойдет.

Сел вот смотреть Игру Престолов наконец, и это тоже, несомненно, хорошее.

Где-то на краю подкорки бродит нерожденный стих, но, кажется, он будет слишком искренний и мне будет стыдно его показывать - уже не из-за сомнительных литературных качеств, а из-за содержания - эксгибиционизма души.

Спасибо всем вам, за то, что вы есть. Спасибо миру за то, что он есть, пусть непростой временами, но такой невыразимо прекрасный. Спасибо мне, за то, что я не устаю искать в себе внутреннюю радость и то, почему я хочу жить и восхищаться тем, что вокруг меня.

04:49 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Я не знаю, куда деться от самого себя.
Я пытался избавиться от себя в море - не понимая толком, что делаю, что происходит - инстинктивно. Не топиться, нет, просто плыть и плыть, пока не закончатся силы. Растворять себя в море. Смывать себя. Не знаю, насколько далеко уплыл, судя по маленьким огням города - километра полтора-два.
К счастью, сердце сдало раньше всего остального, резкая боль привела в чувство - меня же искать будут и волноваться! Приплыл обратно.

Сейчас то же желание - бежать, бежать прочь, пока не упадешь. От людей. Точнее, от одиночества рядом с людьми - когда ты как будто за стеклянной стенкой, толстый аквариум.
А еще точнее - от самого себя.

От тюрьмы внутри себя.
Хорошо помню, как сутками напролет мерил шагами коридор зарешеченного отделения каширки. Сто двенадцать шагов в одну сторону, дверь, поворот назад, сто двенадцать шагов обратно, зарешеченное торцовое окно. За ним - мир, жизнь. Свобода.
Тогда я точно знал, чего жду и куда хочу, когда метался по коридору туда-сюда.
Теперь - теперь все, что я делаю, это эти же шаги.
Туда-обратно.
То же ощущение.
Только вот я не в психушке, а уже якобы на свободе. И все равно - я точно знаю, что где-то есть мир. И есть жизнь.
А я за решеткой.
И я не вижу ни одного окна даже.

Надо спать, надо хорошо повеселиться и поиграть на выходных, надо начать работать.
Четыре блять утра. Надо спать.
Не надо сидеть смотреть в стенку и думать, как убежать.
Никак не убежать.

14:25 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
дотянуть до моря. без срывов.
чем дальше, тем сложнее, я пытаюсь держать лицо - с утра до вечера, но все равно реву иногда. на травке под кустом. в электричке (и это позорнее всего). понимаю, что чем дальше, тем и людям со мной сложнее, но не хватает сил и решимости просто взять и уйти от них всех.
потому что на самом деле люди-то мне нужны.

при попытке переписать фотографии на компьютер, чтобы не натыкаться на них каждый раз, произошло нечто: телефон пожрал (сделал файлы битыми) все, что было на СД-карточке. То есть, у меня ни фоточек, ни музыки, ничего. Оно, наверное, и к лучшему.

наушники сдохли - совершенно непонятно почему, до знаменок они работали нормально, на знаменки я их не брал, а потом нашел за комодом, они тихо-мирно лежали. теперь не пашут, это грустно, они служили мне верой и правдой четыре года. для наушников это круто.

все сложнее готовить занятия по немецкому, все сложнее писать отчет (пять вордовских страниц, карл, и ступор, мне нужен живой Иннокентий для вдохновения, видимо х). больше всего хочется тихо сидеть там, где разрешат сидеть.

URL
00:58 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Думалось, что самое тяжелое - это первые два дня.
Теперь кажется, что первые два дня - это самое легкое. Оглушенный новизной ощущений, беспечный, проревелся сразу после совершенного действа - и побежал, все вокруг такие солнышки, такие чудесные, несколько лет как будто к людям не выбирался.
Ревел тоже, конечно, но больше от нервов.
А потом... потом медленное осознание, что ты не сможешь каждую ночь болтаться од одних друзей к другим. Что у них, вообще-то, своя жизнь есть и свои заботы, кроме как заполнять своим наличием огромную, бесконечную пустоту внутри.
Потом сны - как ты бьешь того, кого бросил, или убиваешь, руки в крови снятся, как бы банальна и уебищна эта метафора ни была. Снится просто, как он забивается в угол, словно сжимаясь от ударов - твоих ударов. Ногами. Потом случайно видишь наяву тоже самое - как сжимается в беспомощный комок при виде тебя.
Потом уже не можешь плакать столько, сколько в первые два дня, зато куришь одну за одной, не шевелясь, не сходя с места, глядя, как трясутся руки. Скоро сердце тоже начнет покалывать, наверное. Знаю я его.
Окей, мир, ты выиграл и я играю по твоим правилам - по правилам самосохранения. Я типа живой.
Но я нихера не счастливый что-то.
Хоть бы меня трамваем переехало, что ли, потому что самостоятельно делать с собой что-то, после того как я бросил кого-то - очень тупо. С таким же успехом мог самоубиться и не бросать.

Бьет в переносицу,
Я знаю, все знаю я,
Но катастрофически тебя не хватает.
Воздух толчками,
Пульс на три счета...

Камикадзе
Выползают на берег
Чтобы влет задохнуться
Чтоб недолго по краю
Умираю
(с)

13:10 

Нарушай правила: прощай быстро, целуй медленно, жри строительную пену, спи в костюме пчелы (с)
Если вкратце - то мы расстались с Северином, после четырех лет совместной жизни. Невкратце пока не могу, кажется.

Спасибо всем, кто сейчас рядом и держит меня за руку. Спасибо Максу, что не бросил вчера на лестнице.

Лопнуло то, что тянулось горько,
Резало, напополам деля.
Вот твой конструктор - помятой горкой,
На, собирай теперь все с нуля.
Двадцать два года ты строил замок -
Жертву в основу, как повелось,
Только вот нету единых рамок -
Жертва сквозь стены росла насквозь.
Жертва - ты сам - стала выше, шире,
К солнцу тянулась, хотела жить.
Раз - и детальки по всей квартире,
Думай теперь, что из них сложить.

Колет босые ноги лего,
Больно ходить, а обидно как...
Нет от свершившегося оберега,
Замок на жертве - лишь твой косяк.
Куришь сидишь на ступеньке где-то,
Запах из прошлого - стук со дна.
А за окном наступает лето,
Самая страшная фаза сна.
Сложно реветь, сложно в сон и в пищу,
Дышишь размеренно, шутишь вот.
Думаешь: ну его может, такой адище,
Что пустотой залепил живот
Ну его, замок, не буду строить,
Все уничтожу, совсем, сейчас.


...но на ступеньке уже вас двое,
Чья-то ладонь на твоих плечах.
Тонкий браслет в чьих-то теплых пальцах.
Он - оберег на твоей руке.
Легче становится не_бояться,
Если прижаться щекой к щеке.
Легче дышать полоумной ночью,
Если обнимут тебя во сне.
Если ты знаешь (и знаешь точно),
Что не дадут подыхать на дне.
Купят еды, сигарет и пива,
Включат мультфильм, не реви, дурак.
Все было б в тысячу раз паршивей,
Если бы было без них, а так.

Будет еще летний дождь и воздух,
Счастье от августа к февралю.
Будут рисунки и книги, может,
Будет кому говорить "люблю".
Будет фундамент без жертв, ты знаешь.
Ну а раз так - ничего не жаль.
Ты улыбаешься и выдыхаешь.
Первую
замка
берешь
деталь.

Wir sind frei hier auf See

главная